Жизнь
в историях

«Я не понял этой жизни»: разговор с Ильей Обломовым и Андреем Штольцем

18 июня по новому стилю, в роковой 1812 год, знатоку загадочной русской души Ивану Гончарову суждено было родиться. Говорят, что страсть к сочинительству жила в нем с самого младенчества. В свои 35 уже сложившийся литератор берется, пожалуй, за главный свой роман. Программный «Обломов» пишется не спеша, чуть более 10 лет, публикация его обречена на успех: одна статья Добролюбова об «обломовщине» чего стоит. Общество, единожды расколовшись на Обломовых и Штольцев, за 160 лет, прошедшие с момента выхода романа, видело лишь одного человека, державшего нейтралитет по отношению к обоим героям: как ни странно, им был сам автор.

Илья Обломов, Андрей Штольц

«Я не понял этой жизни»: разговор с Ильей Обломовым и Андреем Штольцем

В карантинном 2020-м мы тоже все либо Штольцы, не вылезающие из зум-конференций и скупающие онлайн-курсы один за одним, либо медитативные Обломовы, ставящие вопрос за вопросом, но, увы (или к счастью), не слезающие с дивана, чтобы начать их решать.

С Гончаровым нам, конечно, не поговорить, но попросить литературного критика Наталью Эйхвальд задать вопросы его героям мы все-таки можем. О чем будет разговор? Конечно, о жизни, дружбе и любви.

Кадр из фильма «Несколько дней из жизни И.И. Обломова» (1979)

Андрей Иванович, вы человек с обширными связями. Только ленивый не отмечал вашу деятельность, жизнелюбие и умение расположить к себе. Но вопрос отнюдь не о материальном. Скажите, что для вас дружба?

Андрей Штольц: Дружба — вещь хорошая, когда она — любовь между молодыми мужчиной и женщиной или воспоминание о любви между стариками. Но боже сохрани, если она с одной стороны дружба, с другой — любовь.

А что для вас любовь? Любили ли вы когда-нибудь?

Илья Обломов: Ах, если б испытывать только эту теплоту любви да не испытывать ее тревог!.. Я посягал на поцелуй… а ведь это уголовное преступление в кодексе нравственности, и не первое, не маловажное!.. Странно, и в горе, и счастье в организме один и тот же процесс: тяжело, почти больно дышать, хочется плакать!

Андрей Штольц: Любовь менее взыскательна, нежели дружба, она даже часто слепа, любят не за заслуги — все так. Но для любви нужно что-то такое, иногда пустяки, чего ни определить, ни назвать нельзя…

Илья Ильич, однажды вы в сердцах сказали: «Ведь есть же этакие ослы, что женятся!» Почему вы были так категоричны? Что вы имели в виду?

Илья Обломов: Короткое, ежедневное сближение человека с человеком не обходится ни тому, ни другому даром: много надо и с той и с другой стороны жизненного опыта, логики и сердечной теплоты, чтоб, наслаждаясь только достоинствами, не колоть и не колоться взаимными недостатками. Вот в чем проблема.

Слушать отрывок
«Обломов»
Обломов
Обломов

Дружба — вещь хорошая, когда она — любовь между молодыми мужчиной и женщиной или воспоминание о любви между стариками.

Вы так не доверяете женщинам?

Илья Обломов: Женщинам верить нельзя: они лгут и с умыслом — языком, и без умысла — взглядом, улыбкой, румянцем, даже обмороками… Любовь — претрудная школа жизни!

Понятно. Рассчитывать увидеть вас завсегдатаем светских приемов, наверное, не приходится. За модой на салоны и балы вы, полагаю, тоже не следите? А что насчет новинок литературы? Обсуждаемые романы, памфлеты?

Илья Обломов: Некоторым ведь больше нечего и делать, как только говорить. Есть такое призвание.

Андрей Штольц: Напротив… Нехотя станешь жить, как живут около тебя…

Илья Ильич, мужчины редко позволяют себе душевные слабости. Наверняка вы тоже не исключение?

Илья Обломов: Знаете, однажды Ольга Сергеевна обронила: «Дурная черта у мужчин — стыдиться своего сердца. Это тоже самолюбие, только фальшивое. Лучше бы они постыдились иногда своего ума: он чаще ошибается». Я с ней согласен.

Кадр из фильма «Несколько дней из жизни И.И. Обломова» (1979)

Есть ли поступки, о которых вам приходится жалеть?

Илья Обломов: Воспоминания — или величайшая поэзия, когда они — воспоминания о живом счастье, или — жгучая боль, когда они касаются засохших ран… один только стыд и рвание волос.

Андрей Штольц: Нормальное назначение человека — прожить четыре времени года, то есть четыре возраста, без скачков, и донести сосуд жизни до последнего дня, не пролив ни одной капли напрасно, и что ровное и медленное горение огня лучше бурных пожаров, какая бы поэзия ни пылала в них.

Как вы считаете, вы разгадали «загадку жизни»?

Илья Обломов: Или я не понял этой жизни, или она никуда не годится, а лучшего я ничего не знал, не видел, никто не указал мне его.

Андрей Штольц: Человек создан сам устраивать себя и даже менять свою природу, а он отрастил брюхо да и думает, что природа послала ему эту ношу… Началось с неуменья надевать чулки и кончилось неумением жить.

Длительность: 24 ч 19 мин
Оценка пользователей приложения Storytel
Добро пожаловать в мир историй от Storytel!

Вы подписались на рассылку от Storytel. Если она вам придётся не по душе, вы сможете отписаться в конце письма.

Вы уже подписаны на рассылку
Ваш адрес эелектронной почты не прошёл проверку. Свяжитесь с нами
Присоединяйтесь к рассылке историй Storytel

Раз в две недели присылаем дайджест нашего журнала

Нажимая на кнопку, вы соглашаетесть с условиями передачи данных