Жизнь
в историях

«Я люблю своих хейтеров»: интервью с Василием Аккерманом

13 апреля

Писатель и публицист Василий Аккерман рассказывает о любви к Сартру, Владимиру Набокову, хейтерам и режиму самоизоляции.

Василий Аккерман

Василий Аккерман

Чем вы занимаетесь в период самоизоляции? Как изменилась ваша жизнь? Судя по инстаграму, раньше вы много путешествовали, ходили на вечеринки. А теперь как же?

Правда в том, что дома я чувствую себя максимально комфортно – как в одиночестве, так и нет. По внутренним ощущениям карантин для меня почти ничего не изменил. Нет никакой истерики, страхов. Я много работаю, у меня куча книг, которые надо прочитать, есть интересные онлайн-курсы – вот решил вспомнить про игру на гитаре, например. Жаль, конечно, что путешествия встали, но сказать, что я умираю без них, не могу. В конце концов, я теперь больше занимаюсь своими текстами, больше пишу, а это главное.

Я читал истории разных людей, которые рассказывали, что режим самоизоляции открыл в них что-то новое. А вы знали про себя, что вы настолько «автономный» человек?

Честно говоря, когда я узнал про карантин, я подумал: ну как же круто! (Смеется.) Сейчас люди наконец начинают осознавать, как сильно обманывал их инстаграм – с точки зрения того, что у них постоянно складывалось ощущение пропущенной вечеринки, пропущенной жизни. А теперь, когда все сидят дома, они понимают, надеюсь, что многими вещами им и не очень-то нравилось заниматься. И они смогут просто кайфовать от того, что находятся дома.

Давайте поговорим о ваших книгах и о литературе. Вы идентифицируете себя как писателя или нет?

Пожалуй, только как писателя я себя и идентифицирую. Но долгое время не мог себе это произнести вслух – а теперь, когда у меня есть две книги, могу.

Когда вы начали писать?

Да я всегда что-то писал, но лишь лет пять назад принял осознанное решение, что буду заниматься текстом и только текстом.

Фрагмент
ПСИХОПАТЫ
Слушать в Storytel

Сейчас люди наконец начинают осознавать, как сильно обманывал их инстаграм – с точки зрения того, что у них постоянно складывалось ощущение пропущенной вечеринки, пропущенной жизни.

Вы не думаете написать настоящий роман?

Думаю, и, кстати, этой осенью у меня должна выйти первая полностью художественная книга. Правда, это будет не роман, а сборник моей художественной прозы, но тем не менее.

Отличные новости. А вы не боитесь критики? Все же сборник рассказов – это серьезный заход на территорию литературы, где люди порой не скупятся на негативные комментарии.

Вам честно сказать?

Конечно.

Мне вообще все равно, что там и кто скажет. (Смеется.) Зачастую что такое критика? Критика – это всего лишь чужое мнение. А значит, кому-то могла книга просто не попасть под настроение, не совпасть с чьими-то вкусами. Ну и что с того? Если же говорить про хейтеров, то, знаете, я люблю своих хейтеров. Чем их больше, тем лучше.

И все же есть ли люди, к критике которых вы бы прислушались?

Понимаете, вот с настоящей критикой я в своей жизни очень редко встречался – может быть, даже к сожалению. Но есть люди, вкусу которых доверяю. Есть, например, Вася Быков, который многому меня научил и передал мне свои знания о работе с текстом. Он помогал мне разминать мою писательскую мышцу.

Скажите, а вас легко разозлить?

Я бы сказал, что, в принципе, разозлить меня можно. Тем более что иногда пишу свои тексты как раз на энергии злости. Но это не значит, что я буду разбалансирован – лишить меня баланса как раз достаточно сложно.

Зачастую что такое критика? Критика – это всего лишь чужое мнение. А значит, кому-то могла книга просто не попасть под настроение, не совпасть с чьими-то вкусами. Ну и что с того?

Что раздражает в людях?

Глупость и топорность. Хотя, если честно, сейчас меня это раздражает куда меньше, чем раньше, – теперь это скорее вызывает некоторое умиление.

Хорошо, а что вы цените в людях?

Юмор! Особенно умение смеяться над собой. И, да, я еще люблю, когда человек постоянно стремится вверх, старается развиваться. Наконец, я ценю воспитанность: для меня важно в людях чувство такта, уважение к чужим границам.

Фрагмент
КАК ПОБЕДИТЬ ПЛОХИЕ ПРИВЫЧКИ?
Слушать в Storytel

Судя по вашей странице в Instagram, вы достаточно много бывали на светских вечеринках и мероприятиях. Скажите, а из «светской тусовки» у вас много друзей? Вообще, там их можно завести?

Знаете, у меня достаточно серьезное разделение на друзей и приятелей. Есть те, кто эти понятия объединяет, – так вот, такой подход точно не про меня. Я даже держу два разных блокнота – для первых и для вторых. С учетом того, что в Москве я приезжий – я же из Питера – друзей из «светского общества» пока не завел, но уже сейчас вижу, что некоторые приятели совсем скоро ими станут. И, конечно, дело здесь совсем не в том, светское это общество или нет, все дело в конкретных людях.

Давайте вернемся к литературе. Кого из современных российских или зарубежных авторов вы читаете?

Вы о художественной литературе? Дело в том, что для меня художественная литература – это в первую очередь развлекательная литература. А я не могу сейчас про себя сказать, что как-то особенно много развлекаюсь. Я читаю в основном нон-фикшен, монографии…

Хорошо, расскажите тогда, какой нон-фикшен читаете.

Знаете, я вообще не очень люблю рассказывать о том, что сейчас читаю. (Смеется.) То, что я читаю, стараюсь перерабатывать и выдавать в тех же подкастах. Там я всякие умные мысли объясняю буквально на пальцах.

И все же хочется услышать хотя бы несколько имен авторов, которые вам нравятся.

Ну, из современных мне очень нравится Владимир Сорокин. Его язык хочется сожрать. Не важно, что он пишет, главное, как он это делает. Еще мне очень нравится Ясунари Кавабата. Потом, каждый пишущий человек обязан прочитать «Колыбель для кошки» Курта Воннегута. Из русских классиков также могу назвать Владимира Набокова – у него удивительный язык. В общем, много крутых авторов: люблю того же Хармса, он замечательный, очень люблю Сартра – он великолепен и в языке, и в мыслях.

В общем, много крутых авторов: люблю того же Хармса, он замечательный, очень люблю Сартра – он великолепен и в языке, и в мыслях.

Можете вспомнить ваше первое большое литературное впечатление?

Когда мне было двенадцать, мама дала мне почитать Чарльза Буковски – сказала, что должно понравиться. И не ошиблась.

А когда вы всерьез полюбили литературу?

Трудно сказать. Но точно помню, что лет в 27 понял одно: надо было мне в юности больше читать, чем я тогда это делал.

Фрагмент
АГРЕССИЯ ИЛИ ТАК НАЗЫВАЕМОЕ ЗЛО
Слушать в Storytel

Под конец хочу спросить о вашем подкасте в Storytel. Когда вы работали над ним, вы узнали для себя что-то принципиально новое, что стало для вас совершенным открытием?

Хочу сказать, что второй сезон подкаста абсолютно отличается от первого. У него другая структура, и, надо заметить, после прослушивания каждого выпуска человек будет реально становиться умнее. (Смеется.) Ну и вообще, когда я работал над подкастом, кайфовал: сам постоянно узнавал что-то новое, мне было очень трудно укладываться в тайминг в 30–40 минут. У меня были совершенно потрясающие гости – ученые, профессора… Что тут сказать: приятно общаться с умными людьми.

Расскажите, что вы хотите сделать первым после завершения карантина.

То есть вы спрашиваете о декабре? (Смеется.) Честно, понятия не имею. Вот что захочется, то и сделаю. Например, схожу с друзьями в баню.

Добро пожаловать в мир историй от Storytel!

Вы подписались на рассылку от Storytel. Если она вам придётся не по душе, вы сможете отписаться в конце письма.

Вы уже подписаны на рассылку
Ваш адрес эелектронной почты не прошёл проверку. Свяжитесь с нами
Присоединяйтесь к рассылке историй Storytel

Раз в две недели присылаем дайджест нашего журнала

Нажимая на кнопку, вы соглашаетесть с условиями передачи данных