Жизнь
в историях

Чтение со вкусом: 7 неочевидных книг, которые разбудят ваш аппетит

12 августа

Некоторые пишут так, что слюнки текут при описании застолий и романтических трапез, некоторые вписывают еду в глобальный исторический контекст, некоторые считают ее саму частью контекста, без которого нельзя в полной мере оценить человечество. Какую бы книгу из нашего списка вы ни выбрали, знайте: читать ее на пустой желудок вредно.

Книги и еда

Чтение со вкусом: 7 неочевидных книг, которые разбудят ваш аппетит

Подборку составил Владимир Гридин — гастрономический обозреватель и автор telegram-канала Foodiscovery.

«Гаргантюа и Пантагрюэль», Франсуа Рабле

Есть такое выражение — «раблезианский размах». Оно означает нечто невероятное по своим масштабам — космических, вселенских размеров полотно. Собственно, роман «Гаргантюа и Пантагрюэль» и дал повод для такой оценки. Написанная без малого пятьсот лет назад книга посвящена жизни добродушных великанов-обжор Гаргантюа и сына его Пантагрюэля. Их приключения невообразимы, их пиры роскошны (подробные и комичные перечни блюд могут занимать страницы), а идеалы далеки от строгих догматов средневековой церкви, которую роман, по сути, высмеивает. Рабле научил своих современников смеяться, а в историю его главный текст вошел как книга, заложившая основы современной европейской литературы.

«В былые времена у персов вкушать пищу в определенный час полагалось только царям, — простым смертным служили часами их собственный желудок и аппетит. В самом деле, у Плавта некий парасит сетует и яростно нападает на изобретателей солнечных и всяких иных часов, ибо это, мол, общеизвестно, что желудок — самые верные часы. Диоген на вопрос о том, в котором часу надлежит человеку питаться, ответил так: „Богатому — когда хочется есть, бедному — когда у него есть что поесть“».

Гаргантюа и Пантагрюэль
Гаргантюа и Пантагрюэль
Читать в Storytel

Диоген на вопрос о том, в котором часу надлежит человеку питаться, ответил так: «Богатому — когда хочется есть, бедному — когда у него есть что поесть».

«Молоко! Самый спорный продукт», Марк Курлански

Журналист и писатель Марк Курлански сделал себе имя на книгах-монографиях. Он то исследует историю соли, то пишет о треске. И всегда умудряется о самых простых вещах писать так, словно только ему открываются исторические связи, позволяющие соледобытчикам и рыболовам влиять на судьбы стран и континентов.

В книге, посвященной молоку, он вытаскивает на свет историю молока, сыра, масла и творога длиной в десять тысяч лет. Луга Ирландии, Тибета и Висконсина становятся фоном для настоящего интеллектуального детектива. Изобретение Пастера и сгущенка, пахнущие маслом варвары и бешамель, особенности изготовления сыра с помощью листьев инжира и секреты хранения грудного молока, наконец, история мороженого — тут есть чему удивляться. Да что там, само слово «галактика» происходит от греческого «молоко»!

«Согласно греческой мифологии, Млечный Путь появился, когда Гера, богиня женственности, пролила молоко при кормлении Геракла, известного у римлян как Геркулес. Каждая капля стала пятнышком света, которое мы называем звездой. Похоже, Гера пролила очень много молока, потому что, по оценкам современных астрономов, в Галактике 400 млрд звезд».

Слушать отрывок
«МОЛОКО! Самый спорный продукт»
МОЛОКО! Самый спорный продукт
МОЛОКО! Самый спорный продукт

Согласно греческой мифологии, Млечный Путь появился, когда Гера, богиня женственности, пролила молоко при кормлении Геракла, известного у римлян как Геркулес.

«Княгиня Гришка», Александр Генис

Энергичные книги Гениса — образец того, как нон-фикшен, без прикрас излагающий некое историческое, научное или вообще бытовое знание, может разрастись в буйный лес настоящей большой литературы. Лианы сравнений, заросли метафор, мелькающие в них всполохами образы, воспоминания и намеки на нечто всем знакомое, но представляющееся совсем иным, — кулинарная проза Гениса основана на вещах привычных, но предстающих в новом обличии. В еде, и особенно в постоянно вспоминаемой советской бедной кухне, он находит источник знания не о продуктах и способах их приготовления, а о сути русского (и советского) человека, пишет не о столе, а о национальном самосознании.

«Представление о городской русской кухне среднего класса накануне революции дает английский путеводитель 1912 года. Главной чертой русской кухни он называет чрезмерность: супы слишком сложные, соусы слишком маслянистые, мясо слишком пряное, еды слишком много. Автор описывает чаепитие в Москве, которое включало помимо чая с пирожными бутерброды с икрой и соленой рыбой, а также „три сорта украинских арбузов, крымский виноград и клубнику с листочками“».

Слушать отрывок
«Княгиня Гришка: Особенности национального застолья»
Княгиня Гришка: Особенности национального застолья
Княгиня Гришка: Особенности национального застолья

Главной чертой русской кухни он называет чрезмерность: супы слишком сложные, соусы слишком маслянистые, мясо слишком пряное, еды слишком много.

«Лето Господне», Иван Шмелев

Свой лучший роман о России Иван Шмелев написал в парижской эмиграции. Оттуда не через десятилетия даже, а через эпохи он вглядывается в родную страну, сбереженную в сердце: патриархальную, традиционную, какой мы не знаем. Хлебосольная Москва во всей красоте ее праздников и обычаев встает на фоне жизни маленького Вани в замоскворецкой усадьбе его отца, купца-старовера. Книга щемящая, радостная от полноты жизни и скорбная от утрат, живая и дарящая покой и утешение.

«Зачем скоромное, которое губит душу, если и без того все вкусно? Будут варить компот, делать картофельные котлеты с черносливом и шепталой, горох, маковый хлеб с красивыми завитушками из сахарного мака, розовые баранки, „кресты“ на Крестопоклонной… мороженая клюква с сахаром, заливные орехи, засахаренный миндаль, горох моченый, бублики и сайки, изюм кувшинный, пастила рябиновая, постный сахар — лимонный, малиновый, с апельсинчиками внутри, халва… А жареная гречневая каша с луком, запить кваском! А постные пирожки с груздями, а гречневые блины с луком по субботам… а „грешники“, с конопляным маслом, с хрустящей корочкой, с теплою пустотой внутри!..»

Слушать отрывок
«Лето Господне.1 Праздники»
Лето Господне.1 Праздники
Лето Господне.1 Праздники

А жареная гречневая каша с луком, запить кваском! А постные пирожки с груздями, а гречневые блины с луком по субботам…

«Битвы за еду и войны культур. Тайные двигатели истории», Том Нилон

Антиквар и специалист по рукописным и первопечатным книгам, Нилон решил перенести свой любительский интерес к кухне позднего Средневековья из плоскости реконструкции на поле литературы. Истории кулинарии посвящено не так уж и много книг, и появление еще одной, увязывающей историю питания с хронологией рождения и падения империй, — приятное событие. Она буквально нашпигована историческими фактами и анекдотами, как средневековый пирог — живыми дроздами и горлицами. Читать ее забавно и поучительно, но всецело доверять теориям автора не стоит, лучше проверить их в других источниках.

«Барбекю с его атавистическим характером — явление для современности уникальное. Барбекю требует неторопливости, а мир живет на высокой скорости; барбекю остается дешевым в мире, одержимом деньгами; барбекю органически социально в эпоху, когда поводы для встреч с ближними становятся все более искусственными».

Битвы за еду и войны культур. Тайные двигатели истории
Битвы за еду и войны культур. Тайные двигатели истории
Читать в Storytel

Барбекю требует неторопливости, а мир живет на высокой скорости; барбекю остается дешевым в мире, одержимом деньгами.

«Война и мир», Лев Толстой

Пьер Безухов любил хорошо поесть и выпить, хоть и считал это безнравственным для высокодуховной личности. Сам Толстой был таким же гурманом в молодые годы, вегетарианству отдавшись лишь после пятидесяти лет (впрочем, не отказавшись от молока и яиц). Его эпопею о войне 1812 года можно читать и как философско-нравственный трактат, и как исторический роман, и как роман любовный. Знакомый со школьной скамьи текст дает возможность прочитать его и как редкий образец кулинарной прозы: тут вам и усадебные застолья старого времени, и торжественные обеды на триста персон, и скромный ужин печеной картошкой на биваке.

«Было то время перед званым обедом, когда собравшиеся гости не начинают длинного разговора в ожидании призыва к закуске, а вместе с тем считают необходимым шевелиться и не молчать, чтобы показать, что они нисколько не нетерпеливы сесть за стол. Хозяева поглядывают на дверь и изредка переглядываются между собой. Гости по этим взглядам стараются догадаться, кого или чего еще ждут: важного опоздавшего родственника или кушанья, которое еще не поспело».

Слушать отрывок
«Война и мир»
Война и мир
Война и мир

Было то время перед званым обедом, когда собравшиеся гости не начинают длинного разговора в ожидании призыва к закуске, а вместе с тем считают необходимым шевелиться и не молчать.

«Дона Флор и два ее мужа», Жоржи Амаду

Термин «магический реализм» обычно применяют к романам латиноамериканских писателей: потомки конкистадоров и переселенцев смешали в единый живой ком экстатическое католичество, рационализм и доколумбовы верования. В «Доне Флор» все это перенесено на уровень плотский, осязаемый, по-бразильски страстный и жаркий. Содержащая кулинарную школу вдова встречается с тихим аптекарем и томится по буйному темпераменту рано покинувшего ее мужа.

«Если же кто-то захочет еще более изысканного блюда, чего-то совершенно особенного, словом, пищи богов, тогда подайте ему красивую, молодую вдову, омытую слезами печали и одиночества, приправленную скромностью и трауром, разогретую на медленном огне запретного желания, которое придает ей аромат греховности».

Дона Флор и два ее мужа
Дона Флор и два ее мужа
Читать в Storytel

Если же кто-то захочет еще более изысканного блюда… словом, пищи богов, тогда подайте ему красивую, молодую вдову, омытую слезами печали и одиночества.

Добро пожаловать в мир историй от Storytel!

Вы подписались на рассылку от Storytel. Если она вам придётся не по душе, вы сможете отписаться в конце письма.

Вы уже подписаны на рассылку
Ваш адрес эелектронной почты не прошёл проверку. Свяжитесь с нами
Присоединяйтесь к рассылке историй Storytel

Раз в две недели присылаем дайджест нашего журнала

Нажимая на кнопку, вы соглашаетесть с условиями передачи данных